Из двух вариантов выбирайте третий

Слияния, особенно международные, относятся к числу наиболее сложных бизнес-операций. По оценкам компании Arthur Andersen, более чем в 40% случаев участникам не удается достичь желаемых стратегических и финансовых целей, а в 83% — акционеры соединившихся компаний в конечном итоге не получают никакой выгоды. Причин для неудач предостаточно — каждое безуспешное слияние разбивается о свои «подводные камни». Примеров гармоничного соединения разнородных частей не так уж и много, один из них — объединение в 1999 году двух фармацевтических компаний — шведской Astra и британской Zeneca.

Их руководству удалось быстро и почти бесконфликтно осуществить интеграцию своих фирм в единое целое, но этому предшествовали солидная подготовка и тщательное продумывание каждого мероприятия, а само объединение стало поводом для широкомасштабных изменений.

---

АНГЛО-ШВЕДСКАЯ СЕМЬЯ

Вторая половина 90-х и начало 2000-х ознаменовались в мировой фармацевтической отрасли новой волной концентрации. Укрупнение компаний сектора имело под собой вполне объективные причины: современная фармацевтическая промышленность исключительно ресурсоемка и нуждается в постоянном поступлении огромных финансовых ресурсов, что могут обеспечить только корпорации глобального масштаба.

Благополучие западных компаний этой отрасли базируется в основном на новых лекарствах, подпадающих под патентную защиту (как правило, на срок 15 — 20 лет) и поэтому реализуемых исключительно производителями и по монопольным ценам. Однако разработка каждого нового препарата вместе с испытаниями и получением всех необходимых сертификатов занимает несколько лет, причем меньше 1% перспективных лекарств проходят этот марафон до конца, а из этого одного процента только единицы в состоянии стать «бестселлерами», то есть приносить свыше $500 млн. дохода в год. На каждый миллиард долларов, направляемых западными фармацевтическими компаниями на исследования и разработки, сегодня приходится лишь по 2—4 новых лекарства, появляющихся в аптеках США и Европы, а иногда — и ни одного.

Иными словами, объединения в фармацевтической отрасли — это более крупные исследовательские бюджеты, больше квалифицированных специалистов и талантливых ученых, больше научных центров, оборудованных суперсовременной аппаратурой, больше маркетинговых возможностей. Но, как и в любой другой отрасли, слияние может быть успешным лишь в том случае, если из двух разнородных структур удастся создать гармоничное единое целое, органично интегрировать их мощности.

Когда в декабре 1998 года шведская компания Astra объявила о готовящемся слиянии с британской Zeneca, обозреватели пророчили этому союзу неплохую перспективу. Потенциальные партнеры оказались близкими по многим показателям. Объем продаж Zeneca был примерно в полтора раза больше, чем у Astra (около $8,5 млрд. против $5,5 млрд. по состоянию на 1998 год). Однако шведская компания отличалась большей прибыльностью, так что рыночная капитализация участников сделки была почти равной: по соглашению о слиянии, акционеры Zeneca получали 53,5% акций в новой структуре, Astra — 46,5%. На основании этого соотношения сделка была провозглашена «объединением на равных».