Демократический диктатор Южной Америки

Принадлежа по рождению к колониальной аристократии, он в конце концов пришел к необходимости опереться на народные массы, превратив войну за независимость в народную революцию. Приветствуя демократическое движение, он требовал для себя диктаторских полномочий. Обладая огромной популярностью в народе, он был постоянно одинок, и даже ближайшие соратники в итоге выступили против него. Его идеи намного опередили свое время и были отринуты современниками, однако сегодня во многих латиноамериканских странах существует настоящий культ Освободителя. Пожалуй, судьба Симона Боливара может послужить уроком для руководителей, полагающихся только на себя и свои исключительные таланты. Если для грандиозного проекта не сложились объективные условия, здесь не помогут ни харизма, ни популярность, ни лидерские способности.

---

«Боливар не выдержит двоих». С этим знакомым с детства высказыванием ассоциируется у многих из нас имя величайшего военного и государственного деятеля Южной Америки, героя освободительной войны против Испании 1810–1826 годов. Как ни странно, эту фразу, произнесенную совсем по другому поводу и вообще о лошади, можно с известным приближением отнести и к реальному Симону Боливару, чья жизнь и судьба были буквально сотканы из двойственностей и неразрешимых парадоксов.

---

В далекой, далекой стране…

Война южноамериканских колоний Испании за независимость в 1810-1826 годах мало известна большинству в нашей стране. Слишком далеки от нас эти государства и народы, а бурные события тех лет оказались заслонены для нас Наполеоновскими войнами. Даже школьные учебники уделяют Симону Боливару и его соратникам, в лучшем случае, несколько абзацев.

На самом деле борьба южноамериканских стран за независимость была частью того гигантского революционного подъема конца XVIII - начала XIX веков, ознаменовавшегося созданием Соединенных Штатов и штурмом Бастилии и завершившегося, пожалуй, освобождением Греции от турок в 1828 году и июльской революцией 1830 года во Франции. Радикальные революционные идеи, густо замешенные на авторитарном бонапартизме, овладели тогда широкими массами образованных людей и затянули в свою орбиту целые народы.

И уж, конечно, не мог остаться вне этого движения восторженный и идеалистичный юноша из богатой семьи венесуэльских плантаторов-аристократов, в 16-летнем возрасте отправленный для завершения образования в Испанию. Это был 1799 год; вся Европа бурлила от войн и революций; создавались новые государства; рушились одни и появлялись новые династии. Симон Боливар лично был свидетелем многих событий того бурного времени. Он жил в Испании, Франции, Италии, посещал Соединенные Штаты, видел коронацию Наполеона в 1804 году, общался с молодыми радикалами, изучал работы философов-просветителей. Личная жизнь его не сложилась (молодая жена-испанка умерла в Венесуэле от желтой лихорадки менее чем через год после свадьбы), так что весь свой пыл Симон Боливар отдал политике. Европейские впечатления сделали его убежденным республиканцем, и когда в 1808 году, после оккупации Испании войсками Наполеона, в южноамериканских колониях началось движение за независимость, он примкнул к нему, а затем стал одним из его лидеров.